vba | Роза красная цвела.

(Продолжение. Начало здесь , здесь и здесь.)

Итак, Окуджава в романе злодейски убил невинное дитя у князя Сергея и нимфоманистой дурехи Катрин Пушкиной. Писателям виднее, но лично я об этом сожалею, потому что судьба этого дитяти по имени Софья сама по себе роман.

Родители ее расплевались довольно рано, и с кем оставалась маленькая Софья, мне выяснить не удалось. Во всяком случае, вначале не с отцом, который воевал на Кавказе да еще ввязался в историю с лермонтовской дуэлью, когда Софье было три года,. Но, возможно, и не с матерью, потому что вследствие выхода папы на тропу любовных приключений с Лавинией, в жизни Софьи произошли перемены, то есть связь с папой была. Скорее всего, возвратившись с Кавказа, шебутной Сережа жил с дочкой, тем более, что на это есть мимолетное указание выпускницы Смольного института А.Соколовой (к ней я еще вернусь). Наверно, Окуджава был в курсе обремененности князя ребенком, а это портило всю героически-романтическую малину с похищением и побегом. Одно дело, когда даму крадет одинокий рыцарь, и совсем другое дело, когда у рыцаря, так сказать, в подоле дите малое, причем от другой дамы. Тут Окуджаве ради красного словца пришлось не пожалеть и дитя отца.

Но как бы то ни было, после того как Сергея лишили всего на свете, Софью немедленно зачислили пансионеркой царской фамилии в Екатерининский институт, где она и окончила курс, после чего тотчас же была взята ко двору.

Дальше послушаем, что говорит упоминавшаяся выше А.Соколова:

Судьба молодой девушки устроилась блистательно, и на коронации императора Александра II в нее влюбился граф Морни, двоюродный брат Наполеона III, бывший его представителем на коронационных торжествах.

Особой преданности графиня Морни к нашему двору никогда впоследствии не питала, да и вообще на нужную преданность она особенно способна не была, что она ясно доказала тем остроумным, но отнюдь не любезным и не справедливым каламбуром, каким она встретила царский по роскоши свадебный подарок своего жениха.

Хорошо зная, что его красавица-невеста не имеет ровно никаких средств и что ей не только не на что будет сделать себе приданое, но и на подвенечное платье у нее средств не хватит, граф Морни тотчас по получении от нее согласия на брак прислал ей свадебную корзину, на дне которой лежали процентные бумаги на крупную сумму.

Ознакомившись с содержимым конверта, невеста гордо подняла свою красивую головку и с холодной улыбкой заметила:

"Le présent vaut mieux que le futur!" (Настоящее предпочтительно будущему).

Тут надо отдать должное острому уму Софьи, поскольку каламбур весьма хорош (le présent означает одновременно и "настоящее" и "подарок").

К тому же Соколову надо поправить, она кое-что перепутала. Граф (впоследствии герцог) Морни был не двоюродным, а единоутробным братом Наполеона III – их матерью была королева Гортензия Богарне, падчерица Наполеона Бонапарта. Как известно, Гортензия вышла замуж за брата Бонапарта (от кого и был Наполеон III), но любовь привела ее к другому, от которого родился граф Морни.

После такого замужества Софья прибыла в Париж, где поразила всех, мгновенно став одной из первых красавиц Империи с неофициальным титулом "маленькой снежной феи" ("la petite fée des neiges"). Блистала она отменно, была русской звездой во Франции, но это отдельный сюжет.

Ее портрет сейчас украшает королевский дворец в Компьене.
А вот и сам этот портрет герцогини. Как сказал бы Савва Игнатьич, ха-ра-ша!!

Популярность ее во Франции была столь велика, что сейчас один из сортов пиона носит имя "герцогиня Морни". Вот этот цветочек.

Ну, а после того, как Софья попала в обойму, она так из нее и не выпала. После смерти своего мужа, оставившего после себя много любовных писем разнообразным адресатам, герцогиня де Морни вышла замуж вторично за кузена императрицы с нетривиальным именем Хосе Исидро Осорио и Силва-Басан, герцог Альбукеркский, герцог Альжете, герцог Сесте и прочая, вместе с которым переселилась в Испанию.

И вот мимо такого персонажа Окуджава прошел! Хуже того, убил! Не понимаю! Это все равно что описывать, я не знаю, любовь родителей графа Монте-Кристо, для сюжета сделав их бездетными.

В этой истории есть еще один нюанс, меня лично немножко разочаровывающий. Приятно было бы иметь такую звезду в своих, хоть и очень-очень сильно далеких, но, все же, родственниках. Однако есть большая вероятность, что это не так, не родственница она. Другими словами, Софья дочь не Сергея.

Есть мнение, что истинный отец Софьи – Николай I. Об этом прямо говорится в некоторых справочниках. Это многое объясняет – и давление на Сергея, чтобы он женился на дуре Мусиной-Пушкиной (очевидно, уже тогда беременной), и монаршую заботу о Софье, когда Сергея закатали за можай. Но так ли это на самом деле, мы никогда уже не узнаем.

Внебрачные дети той поры – отдельная интересная тема, но для другого раза. Пока скажу только о том, как причудливо играла природа. Итак, возможно, внебрачная дочь русского императора (Софья) вышла замуж за внебрачного сына королевы Гортензии. Но самая фишка в том, что отцом этого сына был граф Флао, внебрачный сын Талейрана от внебрачной дочери короля Людовика XV. Каково?

У меня нет портрета Сергея Трубецкого, поэтому я не могу сказать, на кого больше похожа Софья – на него или на императора. Возможно, что даже и Катрин Пушкина не знала, кто был настоящим отцом ее дочери. Ну и ладно, пусть остается тайной.

Ну и наконец, еще один интересный мотив (которого Окуджава, слава Создателю, все же, касается) - тот, что Николай I дважды пытался стать "молочным братом" Сергею Трубецкому. Один раз удачно – с Катрин, второй раз неудачно – с Лавинией. Но кто такая в жизни Лавиния – об этом, наверно, в следующий и последний раз.